Make your own free website on Tripod.com
Здесь направо. Теперь вверх. Теперь еще раз вверх, но не как обычно, а так как я показывал вчера. Налево. Пришли.

На первом уровне живет Библиотекарь. Несколько десятков хитрых поворотов темного коридора, то неожиданно вырывающегося на солнечный свет, то проходящего через свет более знакомый - электрический. То что дорога временами кажется канатным мостом над горной речкой, или киношными цепями над лавой-кислотой - причуды идущего, не более. Это, как-никак, уровень номер раз - он расположен так глубоко, что всякая романтика - пустой звук для дорог проходящих через него дорог.
Библиотека - это собственно не библиотека. Там нет книг. Нет читателей. Там живет только один задумчивый денизен, пытающийся сложить свою единственную и главную книгу из того что там есть. В Библиотеке хранятся части предложений, фразы. Если точнее, умирающие фразы.
Когда-то очень давно, до того как камень лег на камень, положив начало нашему городу, человеческая речь была лучше чем сейчас. Говорить можно было только чистым и сильным голосом, и только правду. Прекрасные, возвышенные и смелые фразы, идущие от самого сердца, поднимались в небо, откуда потом, порой несколько часов, сыпался радужный дождь.  Предложения попроще оседали на землю теплым туманом. Слова ученого и мага зажигали на небе новую звезду. Высказанные ложь и клевета падали блестящими черными каплями к центру мира, где элементалы огня отливали из них тяжелые и опасные драгоценные камни. Это легенда.
На поверхности мира, в городе, живут сильные и практичные люди. Им чем-то не понравилась это легенда, поэтому теперь все устроено по-другому. Теперь фразы стараются жить в веках. Сделать это можно только одним способом - выкупить смерть фразы какой-нибудь подходящей ценой.
Ну вот, а в Библиотеке покоятся фразы, за которые никто не хотел умирать. Падая к центру мира, как полагается распадающейся цепочке слов, они достигают первого уровня, где законы поверхности уже не властны над ними. Библиотекарь собирает их и расставляет по стеллажам. Слева от входа на полке пылится фраза "Учить, лечить и убивать должны профессионалы - с остальным справятся и дилетанты." Говорят, раньше там лежала полная нелепица: "Если бы небо было криво, оно не стало бы от этого ниже". Человек который придумал эту фразу и правда умер. Частично за нее. Теперь она бессмертна.

Ниже первого уровня обычной дороги нет, и о том что там происходит рассказывают так, что не стоит жалеть о ее отсутствии. Например говорят что там работает военная лаборатория, сотрудники которой начнут искать промышленное и военное применение окружающих их уровней, как только выяснят как получать полезную информацию от измерительных приборов (еще задолго до первого уровня наручные часы перестают показывать время, а начинают оценивать абсолютную и относительную ценность своего хозяина).
Говорят также, что некогда группа отвязанных денизенов страдающих от пережитков информационного века в сознании, создала каскад уровней посвященных любимым компьютерным играм. Последние почти сразу же добились независимости, и теперь не впускают плохих игроков, а хороших не выпускают.

Уровень называется первым условно - просто потому что мало кто забирался глубже.
Возвращаться на поверхность придется тем же путем которым мы пришли. Уже давно говорят что можно просто перестать быть в Библиотеке и выйти на улицу из здания города. Понятно, что все уровни должны где-то находится. Многие даже умеют чувствовать скрытое присутствие уровней и дорог внутри домов и улиц.
Но это неинтересно. Одно дело - пару недель бродить по загадочным дорогам, добраться до какого-нибудь легендарного уровня - спуститься, например, до самого низа Неправильной Лестницы и попробовать достать из камня Волшебнутый Меч. Другое дело идти по Лестнице, устраивая себе регулярные перерывы на чашку чая в забегаловке на одном из проспектов поверхности.
Это также и невежливо. Существует ряд рассуждений о том что такие нарушения этикета дают путешественнику преимущество. У одного современного писателя люди, которые умеют смотреть одновременно на уровень и поверхность составляют высокооплачиваемую элиту придуманного им мира.
Взгляд на поверхность из уровня действительно познавателен. Можно открыть несколько дюжин нехороших тайн. Можно узнать что Серебряная Леди, из любви к которой мрачный Ворон остановил время на празднике Белтайн, до сих пор живет в городе - и, возможно, она немолода и некрасива. Среди техников и воинов уровней можно разыскать и уличить наивных и робких подростков, подсмотрев их домашний быт.
Того кто назовет полученный впечатления мудростью и будет доволен своим пониманием внутренней сути и невысокой цены вещей, дороги уровней больше никогда не пропустят.
Это - главная причина.

У уровней есть собственных традиции, но говорят там на языках Поверхности, заимствуя символы и речевые клише. Поэтому среди нумерованных уровней (а названия стараются давать по смыслу, а не по порядку) есть третий, седьмой, двенадцатый, сотый и двухтысячный, а непримечательных цифр нет совсем.
Было время когда казалось хорошей шуткой придумать шестьсот шестьдесят шестой уровень.
Один из уровней называется тринадцатым - из-за того что там находится.

Как известно, в верхних уровнях ничего не происходит, в средних происходит все что угодно, а в нижних - неизвестно что. Мнемоническое правило, через которое вводят понятие глубины.
 
 
 

Очень Черный Ящик (The Blackest of all Boxes)
 
 
 

Троллики отсчитывают от возраст от момента смерти, который они знают с точностью до нескольких месяцев. Смерть троллика  обычно наступает в возрасте 15 лет или раньше. Многими их совместными делами управляют девочки постарше, пользующиеся особым уважением. Тролликовая магия - самая наивная и самая сильная. Монетка как щит. Разумный кристалл на цепочке. Аллюзия с Ежики
 
 
 
 

Постскриптум Первый, Классический для жанра.

Лабиринт, Уровни, Ден ("Den", "Dungeon",  возможно искаженное "net") - мир, существующий параллельно реальному во всех урбанизированных ландшафтах. Существовал, вероятно, со времен первых городов.

Часть этого мира ("верхние слои") представляет собой набор иллюзорных двойников городского пейзажа. Для нее типичны театральные, "ненастоящие" события.

Более труднодостижима "средняя" часть - результат совместного творческого процесса путешественников по Дену.

Появляется избирательная "театральность" событий: появляется возможность

Поверхность - реальный мир, в понимании большинства людей.

Город - собирательный термин для урбанизированных территорий. Фраза "в восточной части города" может означать "в восточных странах мира". "Наш город" обычно означает страны, где говорят на родном языке.

Дорога -

Уровень -

Глубина -

Денизен - житель Дена. К ним не относятся случайные гости с Поверхности: денизен - человек, нашедший себе постоянное место и занятие в Дене. Денизен защищен правами обитателя Уровней (например, правом на убежище, позволяющим ему обособиться от Поверхности) и обладает несколькими обязанностями (например, обязанностью защищать Ден от возможного разрушения).
Существа вовсе не связанные с жизнью на Поверхности тоже могут считаются денизенами.

"Пламенеющий Клинок", "Ржавая Железяка", Шаманище - бывший клуб исторических военных игр. Некоторое время он был центром встреч для нескольких неформальных молодежных объединений. "Пламенеющий клинок" постепенно стал традиционным местом для неформальных встреч путешественников по Дену, как место где необычные разговоры не привлекут общего внимания и, что важнее, существует психологическая защищенность равно от проблем Поверхности и проблем Дена.

Халфинг, Нифлунг, Полурослик, Троллик, Шаман, Наш, Из Команды - в настоящий момент все эти слова означают примерно одно и то же - человек с Поверхности, способный перемещаться по уровням и, соответственно, обладающий необычными знаниями и способностей. Первоначально существовало различие между этими словами.
Первые три относятся к генетической мутации 80х годов, снизившей приспособленность к общим физическим нагрузкам и сопротивляемость болезням у  нового поколения. Проигрывая в обычной социальной борьбе и борясь за выживание плохо приспособленного организма, будущие нифлунги медленно учились подчинять мир своей воле используя нетрадиционные средства. Второе и третье поколение нифлунгов начало массовое освоение Дена. Способность попасть в Уровни у нифлунгов врожденная.
Слово "троллик" иногда означает ребенка без особых способностей, которому Уровни доступны благодаря особой гибкости мышления. Эта способность обычно пропадает с началом подросткового возраста.
Шаман когда-то означало человека добившегося доступа в Уровни в одиночку. В основном это были взрослые люди из интеллектуальных слоев общества.
Последние два термина использовались в обособленных группах путешественников Дена, изначально враждебных ко всему чужому, особенно относящемуся к миру Поверхности. Большинство этих групп со временем распалось или потеряло допуск в Ден.

Мирный Житель - человек  не связанный с необычным. Люди творчества - поэт, художник, мистик - даже далекие от жизни уровней не считаются Мирными Жителями. Цивил - то же самое, с оттенком неуважения.
 

Второй, Классический вообще.

"     Карпентер выпучил глаза.
     - Эту концепцию почти невозможно  осознать.  Эти  люди  открыли,  как превращать  мечту  в  реальность. Они  знают,  как   проникнуть   в   мир воплотившейся  мечты.  Они  могут  жить  там.  Господи,   вот   она   ваша Американская Мечта, Карпентер. Это чудо,  бессмертие,  почти  божественный акт творения... Этим непременно нужно овладеть. Это необходимо изучить. Об этом надо сказать всему миру.
     - И вы можете это сделать, Скрим?
     - Нет, не могу. Я историк. Я не творческая натура. И мне это  не  под силу. Вам нужен поэт... От воплощения мечты на бумаге или  холсте,  должно быть, не так уж трудно шагнуть к воплощению в действительность.
     - Поэт?! Вы это серьезно?
     - Конечно, серьезно. Пошлите в палату-Т поэта. Он изучит, как  они  это  делают.  Только поэту это под силу. Поэт уже наполовину  живет  в  мечте.  А  уж  от  него научатся и ваши психологи и  анатомы.  Они  смогут  научить  нас.  Поэт  - необходимое звено между больными и вашими специалистами.
     - Мне кажется, вы правы, Скрим.
     - Тогда не теряйте времени, Карпентер. Пациенты из палаты-Т все  реже и реже возвращаются в этот мир. Мы должны овладеть секретом, пока  они  не исчезли навсегда. Пошлите в палату-Т поэта."

Альфер Бестер. Феномен Исчезновения.

"… Напрасно прошлое не тронь,
К чему вся эта речь?
К тому что самолет не конь,
А автомат не меч.

Я подозреваю, говорит Балда, что ты сам сочиняешь эти стишки и приписываешь их дочери. Чепуха, говорит Лапоть. Если бы я сам сочинял такие стихи, я ни за что бы не стал их сочинять."

Александр Зиновьев. Зияющие Высоты.
 
 
 

Третий, Необходимый.

Все герои истории - мои застывщие в прошлом знакомые.

Дима - Библиотекарь, собиратель фраз которому никак не удается писать хорошие книги.

Ежики - Троллик. герой забытого детского романа. Там кстати  можно было выйти на станции метро, которой нет.